Воспоминания

Статья

Немцы жили по квартирам, но у нас их почему-то не было. Я помню, мы ходили к ним на кухни, они нам подавали покушать чуть-чуть. Ну а там, когда к ним на железнодорожную станцию привозили продукты, ребята, кто постарше, разгружали, а мы ходили: вдруг картофель упадет — мы подберем. Рядом с нами жили парни-двойняшки. Я помню, они украли буханку хлеба, и их расстреляли обоих.

Читать…

Статья

Помню, что молодежь вешали здесь в Староселье, а стариков – в Шапках. Очень хорошо помню одну казнь. Одному мальчику лет 12 было. Он все кричал, что партизаном не был, только батьке в лес носил хлеб, но офицер все равно его повесил. Бежали они , видимо, лесом, там их потом и схватили, ну а потом повесили. Трое их было, пацанов этих. Я их не знала, не из нашей они были деревни. Вешали прямо в деревне, как раз в центре , где колодец. Там росло большое дерево, вот там их и повесили, всех на одном дереве.

Читать…

Статья

Мы с братом младшим лежали опухшие, голодные такие и есть уже не просили. И когда бабушке дали хлеба кусочек, она в передник положила, а немец один заметил: «Почему не ешь?» Она его привела на кухню и показала, что мы лежим с братом отекшие все. «А где отец воюет? Раз воюет, значит, немцев бьет!» Сказали, что он умер в 40- м году. Пришел он, объяснил своей компании, что четверо детей, мал-мала меньше, и еще три дня, и они умрут. И вот эти немцы со своего куска хлеба отрезали, немец давал по кусочку хлеба в день. И с этих кусочков мы пошли на поправку. А мама заболела тифом и пролежала полгода в сарае с коровой. Корову бабушка доила, а немец стоял, чтобы она молока себе не взяла.

Читать…

Статья

Нас заставили гнать коров до самого Пскова, и мы попали в окружение. Это была армия Власова. Я тогда работала медсестрой. А потом нам сказали, что раз Власов сдал всю эту армию немцам, спасайтесь, мол, как попало. Так мы все и бегали, спасались… Потом уж нас подобрали партизаны, а у меня к тому времени ноги были отморожены. До конца войны я работала у партизан. А сначала была в армии.

Читать…

Статья

Война началась, когда я была в деревне Ушницы Новгородской области. 1 июня мне исполнилось 18 лет, а война 22 июня началась. В этой деревне я всю жизнь и прожила. Всю жизнь жила, пока папа не умер. Уж больно место у меня красивое — тут Волхов, там школа 4-я. Папа из Ленинградской области, а мама из Украины…

Когда к нам пришли немцы, мы еще были глупые. Сколько мне было в 1941 году? Все больше пололи, полоть заставляли. Молодежь собиралась и пололи. Сдавали куда — то овощи. Больше свеклу.

Немцы, они в Замостье были. Приходили и уходили куда-то. Потом стали к нам партизаны ходить. Папа-то партизан был еще в 1918 году. Он был в партизанском отряде. Потом мы ушли в партизаны. Познакомились с ребятами, и пришли ночью, и нас забрали.

Читать…

Статья

Так вот, в метрах 500 от нас был лагерь. И я ходила туда несколько раз, потому что коза у нас туда часто уходила, как будто там было «медом намазано». Она там вокруг траву ела, даже военнопленные смеялись несколько раз: «Девочка, мы твою козу съедим».

Читать…

Статья

Чем питались во время войны? Чего только не ели! И щавель – это самое лучшее. А хлеб пекли! И не опилки, а вот собираем колоски, высушим их, молим, а потом – ручные жернова и мука. Это только на заправку. А так-то картофелину добавит, кто чего.

Читать…

Статья

Мы жили недалеко от Магдебурга. Нас поселили в двухэтажном доме. А по соседству жила большая семья у немцев. Были отец, жена, их сын, невестка и маленький мальчик месяца 3-4. Отец и сын — воевали, потому что мама говорила, что видела пиджак у старшего немца, а на нем написано «Киевская швейная фабрика». Но относились они к нам хорошо. Мы маму ревновали очень к маленькому Клаусу. Так звали малыша, а невестку звали Хильда. И мама ей говорила: «Давай, я его буду мыть, как у нас в России». В Германии моют не так — губочкой протирают. А мама сажала его в таз, и малыш плескался и хохотал. А мы не могли понять, как она может его любить? Мы его очень не любили.

Читать…

Статья

Занимались озеленением. Улицы все немцы сожгли. В первую очередь стали сажать деревья по улице Культуры, потом парк около вокзала восстановили. Советский проспект, Красноборский проспект, улицу Боскова — это все мы со школьниками озеленяли. Сажали деревья, привозили из леса. Вот этот парк — все нами школьниками посажено.

Читать…

Статья

А мы остались в деревне. Началось раскулачивание. Подъехала телега, на телеге дедушка Егор, его лошадь, нам сказали: «Берите все, что можете с собой взять в эту телегу, и мы вас повезем. Куда пошлют, туда и поедете на станцию». Нас раскулачивали и еще двоих в этой деревне. Ну, там все взрослые, у Власовых взрослые, у Захаровых тоже, сиделками работали в больнице. Все приготовились. Начались торги, все, что было в комнатах, выносили на улицу. Стоял стол и на столе отмечали. Вот комод кто берет, вот диван кто берет. А все было сделано своими руками. Дед был краснодеревщик, он работал каждую зиму на Обуховском заводе — для инженерного состава делал хорошие вещи. И дома в нашей деревне не было такой избы, в которой не было бы нашего комода: или он построил, сделал или же забрали. В общем, все, что было в комнатах, все забрали.

Читать…

Статья

Дело не в морозах — смертность, голодная смерть. На людей в такой обстановке, что они лежали, никто не обращал внимания. Я и сам отдыхал на мертвеце, посидишь — и пошел. Вот смотришь на него и думаешь, что завтра в таком же будешь положении, чего бояться- то. Ну, вот видите, у нас две из пяти — девчонки, 1933 и 1936 года, двух сестер я потерял. Все было съедено, даже птицы не летали, не говоря уже о кошках, потому что птицы рядом с людьми, есть чего поесть, а кто с рогаткой, кто как, и даже крыс не было, им же тоже надо было жить, не было под домами крыс. Все живое было съедено. Ну, если уже так, может быть, я вас напугаю, людоедство тоже было, многие случаи. Даже своих детей ели.

Читать…

Статья

1942-й год – самый тяжелый период был, когда шли бои на Синявинских. Бои, конечно, сильные были. Но рукопашный бой – это очень страшно. С одной стороны – наши, а с другой – немцы, и друг на друга. Кровавая битва была около нашей землянки. Нас вышибло оттуда взрывом. Кричали бойцы больше таким криком сумасшедшим, что не знаешь, что они кричали.

Читать…

Статья

И еще одна женщина рассказывала, что их направили в Латвию, здесь их насильно собрали, увезли. Латвия же тоже была под немцами, не сопротивлялась, жили латыши с немцами хорошо. И вот их направили работать на этих богатых латышей. А когда русские уже наступали, освобождали, латыши бросили их, убежали с немцами. Они же на немцев работали: поля обрабатывали, скот пасли. Кто куда был направлен. Никто их не пытал, работали и все. А потом их все таки освободили американцы.

Читать…

Статья

Готовили то , если что можно было. Толком не было ничего, ну может, что -то прихватили с собой. Не помню уже этого. Почему сейчас все болячки, потому что многое было пережито ребенком. И стресс ,конечно. Бомбы летят, и не знаешь, куда спрятаться от бомбежки, это же какой стресс.

Приехали в Латвию. Когда нас выгрузили из товарных вагонов, помню в барак опять нас в какой -то поместили, четыре семьи в один барак. И барак этот был обнесен колючей проволокой. Жили мы так за колючей проволокой, ну, не лагерь, конечно, но проволока была.

Читать…

Статья

Самая тяжелая работа была оттянуть с топора лезвия. Ведь мы когда стали работать, судоверфи не хватало топоров для плотников. Отправили самолет в Горки, сейчас Нижний Новгород и оттуда их привезли. А все равно топоров не хватало, и нас заставили их ковать. Вот лезвие, само лезвие 2 молотобойца оттягивали. Почему два? Иначе, если будет несколько нагревов, оно потеряет крепость, жесткость, может поломаться. И вот за один нагрев, один с одной стороны, другой — с другой. А кузнец показывает. Это было тяжело. Нужна физическая сила и очень частые удары. Это время мне запомнилось.

Читать…

Статья

Вдруг месяц, наверное, проходит, летит самолет двукрылый, над баней он покрутился, вверх — и ушел. Этот летчик был. А больше кто? Мы так и решили, что он. Что жив. Он не представился — ни кто он, ничего. И никто не донес, никто не видел, ночь была. Потом полицай приходил, спрашивал: «Никто к вам ночью не приходил?» Мать говорит: «Никто не приходил». Одного расстреляли.

Читать…

Нас поддерживают

ЛООО СП «Центр женских инициатив»
Ленинградская область, г. Тосно, ул. Боярова, д. 16а
Телефон/факс: +7-813-61-3-23-05
Email: wic06@narod.ru

Добавить свою историю

Хотите стать частью проекта и поделиться семейными историями и воспоминаниями о войне и военных годах?

Прислать историю