< Все воспоминания

Уличева (Крафт) Эльвира Юрьевна

Заставка для - Уличева (Крафт) Эльвира Юрьевна

На хуторе мы жили вместе с хозяевами, жили в одном доме, но входа в дом было два. Специально для работников ставили общий стол, и все вместе ели за одним столом. Но наша мама была с характером, она сказала, что не будет за общим столом сидеть, добилась, чтобы ей давали продукты, и готовила сама.

Никто из нас не вечен. И ветеранов с каждым годом становится меньше и меньше. Помогите  нам  СОХРАНИТЬ  истории   жизни  и донести их детям.

Помочь можно здесь.

Я, Уличева Эльвира Юрьевна, родилась 18 июня 1938 года, а 22 июня 1941 года началась война.
Мне было всего три года, когда началась война, но я помню рассказы старшей сестры и родителей, ведь в три года я мало чего понимала. Налеты самолетов и бомбежки — это, конечно, осталось надолго, даже после войны, в мирное время, шум самолета всегда пугал и вызывал страх, и мы старались бежать домой.
Мама, Крап Вера Федоровна, до войны работала в совхозе Любань зоотехником. В общем, в ее ведении были доярки и все остальные работники фермы. И после войны она поддерживала с ними связь, хотя после войны она уже не работала — была домохозяйкой.
Папа , Крап Юрий Лихартович, всю войну прошел. Воевал.
Когда мы вернулись из оккупации сюда, то наш дом был сожжен ,одна труба торчала, осталось три стены . Первую ночь провели в страхе, говорили, что здесь опасно. Мы одну стену завесили какими — то тряпками, она шевелилась. Бабушка тоже была с нами, она всю ночь сидела с топором — охраняла нас.
Папе сообщили из горсовета, что мы приехали, он еще был в военной части. Он приехал к нам, забрал нас, детей ( у меня еще брат есть, который на 2 года старше меня) и отвез в Толмачево, к своей матери, к нашей бабушке. Там мы были лето, а к осени уже вернулись сюда. И военкомат, и горсовет помогали отцу построить маленький дом на два окошечка. Так что мы вернулись уже в этот домик. Позже мы построили вот этот дом, так что я родилась на этом месте, где и стоит сейчас наш дом.
А брат родился, когда они жили еще в совхозе, вот как раз в том доме, где сейчас находится правление или контора.
А во время войны немцы угнали нас в Латвию, в Пукуме. Там нас выгрузили всех, и там уже хозяева из близлежащих хуторов нас выбирали. Наша семья была большая: мы, двое маленьких детей, мама, бабушка и мамина сестра, ей 20 лет было. Нас забрали на хутор. На хуторе мы были довольно долго. Потом нас отправили в Германию, но сейчас не вспомню, в каком мы жили месте. Но к тому времени наши войска уже отрезали немцев от суши и оттеснили к морю, так мы оказались в этом кольце. Мы пробыли там до 9-го мая 1945 года. Узнали мы о победе, потому что немцы побежали.
В Германии мы жили тоже на хуторе на холме ,а внизу был городок Сабили, красивый такой городок. Так вот весь склон этого холма был усеян какими — то вещами, которые немцы бросали, убегая.
На хуторе мы жили вместе с хозяевами, жили в одном доме, но входа в дом было два. Специально для работников ставили общий стол, и все вместе ели за одним столом. Но наша мама была с характером, она сказала, что не будет за общим столом сидеть, добилась, чтобы ей давали продукты, и готовила сама.
Мама у немцев ухаживала за скотом. Она животноводом была, закончила здесь техникум в Поповке и поэтому была здесь до последнего перед оккупацией. Уже все эвакуировались, уехали в тыл, все руководство. А она продолжала отправлять скот из совхоза,потому что уже фронт приближался. Они отправляли скот в сторону Ленинграда. Одним словом, отправляли на далекие расстояния, чтобы сохранить.
Не то что сохранить, а ,по крайней мере, оставить на своей территории..Ну вот, а потом, когда уже было поздно, когда все там последние, кто оставался, сели на велосипед и уехали, то она осталась с семьей: двумя детьми, сестрой и матерью. Дали ей лошадь, и мы в ближайшую какую — то деревню поехали, но эвакуироваться не успели.
Когда пришли немцы, то они нам выделили одну комнату. Там мы прожили до того, как нас отправили в Латвию. Во дворе был вырыт бункер большой, и там немцы скрывались во время бомбежек, ну а мы, конечно , нет.

1
Городская школа на Загородном шоссе. 1 класс. Второй ряд снизу третья слева Уличева (Крафт) Эльвира Юльевна. Фото 1946 года

Первое время немцы проверяли нас: буханку хлеба положат в комнате напротив нашей и ждут, будем мы воровать или не будем.
Но один среди немцев, его звали Машинкой, ко мне в общем то относился нормально и время от времени, проходя мимо нашей комнаты, бросал нам какой то хлеб. Конечно, тоже, наверное, рисковал. Бабушка рассказывала, чтобы детей хотя бы как-то поддержать, варила лебеду и крапиву, все, что можно было есть.
А сестра мамина, Валентина Федоровна Семенова, была комсомольским вожаком, в общем, очень активная была. Она с небольшой группой учеников железнодорожной школы собирала, если что — то можно было, по кусочкам чего — то для военнопленных, которые содержались в районе кирпичного завода.
А когда мы уже в Латвии были, то ее приходилось прятать .
На хуторе немцев как таковых не было, но если, конечно, приезжали, то приходилось прятать. Ее прятали под кровать, так охраняла мама свою сестру. А вот когда нас везли в Германию, и уже хотели отправить, перед этим поместили в амбар с мешками. Не знаю, с чем мешки были, а перед нашей дверью стоял танк и стрелял, и по нему стреляли. Шел бой, и снаряды летали то с одной стороны, то с другой. В общем, мы были под перекрестным огнем, так что если бы этот танк загорелся , нам бы было оттуда не выйти, потому что амбар тот был такой основательный, кирпичный…
Но и там немцы снова разыскивали Валю. Мы ее спрятали под этими мешками. Немцы вошли со штыками и прямо стали протыкать мешки в надежде найти там кого- нибудь.
И нам надо было выдержать, не закричать и не выдать. Страшно было: а вдруг попадут в кого-нибудь. В конце мы остановились на другом хуторе небольшом у бедных, первый хутор — то у богатых был Хозяйку не помню, знаю только то ,что у нее был сын, она его мальчиком звала и прятала на каких то других хуторах. Она его от всех прятала ,видно, возраст у него был призывной, боялась, что заберут в армию.

А когда мы вернулись из оккупации, в этом же году осенью мы с братом пошли в школу . В первый класс и я ,и брат ,в один класс. Мне было 7 лет, а брату почти 9 лет, так что в один класс, В радищевскую школу, у нее было два здания на Загородном шоссе, сохранившихся во время войны. Они были довольно большие, сейчас одно – то здание сгорело, а второе до сих пор стоит. Ну это все потом. А сначала где то полтора года, наверное, учились там, потому что зимой во втором классе нас уже перевели на Белую дачу, там мы закончили второй класс. А в третьем уже была восстановлена школа имени Радищева на Московском шоссе, но нас перевели родители в железнодорожную школу, с трудом ,конечно, не очень легко это было сделать. Ну вот, закончили семь классов в железнодорожной школе, а в 9 и 10 классе снова учились в радищевской школе, потому что железнодорожная школа была семилеткой в то время.
У нас была классным руководителем Елена Борисовна, Надежда Федоровна учила по литературе, они пришли как раз первый год, Михаил Федотович физику вел, он и директором школы был. Потом Исаков был директором. Весело было нам в школе, жили мы весело каждый год, каждую неделю тематические вечера устраивали, каждый класс за что то отвечал, сами дежурили при входе, все самостоятельно делали..

7
Уличева (Крафт) Эльвира Юльевна, первый юношеский разряд по лыжам

Учебников было мало, один на всех или на нескольких учеников, но мы передавали их друг другу, ничего, учились хорошо. Закончили школу — брат поступал в Горный институт в Ленинград, ну а меня ,так как все — таки жили не очень хорошо, одна из сестер маминых взяла меня жить к себе в Курск на 5 лет, и я там закончила педагогический институт, чтобы двоим одновременно дать высшее образование.
Когда я закончила пединститут, то вернулась сюда и 32 года отработала в Ульяновской средней школе учителем биологии. Замечательно…
А теперь на пенсии живу на том же участке, не в том, конечно, доме, но здесь же.
Отец мой, Крап Юрий Лихардович, когда вернулся из армии, то работал сначала шофером в горсовете, а потом на лесозаводе , пока не погиб в результате несчастного случая. Он под поезд попал. Хоронили его всем лесозаводом ,все машины, которые были в его власти, сопровождали его. Он заведующим гаражом работал. Всю Отечественную без единой царапины прошел, был шофером, возил начальство. Даже странно было, что он Крап Юрий Лихардович с такой фамилией, а вот не было к нему, по – моему, никаких претензий от того ,что он Крап. Помню , однажды шофер попросил его свезти боеприпасы на передовую. Говорил, если я поеду, я погибну, а ты повезешь- останешься жив ,и тебя ни на одной войне не ранят. Так все и произошло , как и предсказал ему ,обе войны прошел — и ни одного ранения не было.

Мы надеемся, что Вам понравился рассказ. Помогите нам узнать больше и рассказать Вам. Это можно сделать здесь

Фото

Нас поддерживают

ЛООО СП «Центр женских инициатив»
Ленинградская область, г. Тосно, ул. Боярова, д. 16а
Телефон/факс: +7-813-61-3-23-05
Email: wic06@narod.ru

Добавить свою историю

Хотите стать частью проекта и поделиться семейными историями и воспоминаниями о войне и военных годах?

Прислать историю