< Все воспоминания

Планин Леонид Михайлович

Заставка для - Планин Леонид Михайлович

А пленных наших было много. У Красной школы был до войны детский сад, и сейчас стоит это здание одноэтажное, там немцы разместили пленных. Человек 30 -40 .
Их работать куда-то гоняли, где надо выполнять какую – то трудную работу, туда их и везут. Немцы их строго охраняли, чтобы не сбежали. Мы их не кормили- самим ничего было есть. Конечно, пленные умирали с голода. Но где их хоронили, не могу сказать.

Говорит Планин Леонид Михайлович

Никто из нас не вечен. И ветеранов с каждым годом становится меньше и меньше. Помогите  нам  СОХРАНИТЬ  истории   жизни  и донести их детям.

Помочь можно здесь.

Я, Планин Леонид Михайлович, окончил три класса до войны. Родился в Тосно, а учился в красной школе, где сейчас гостиница.
Мои отец, Планин Михаил Иванович 1908 года рождения и мама, Анна Михайловна 1910 года рождения, все время в Тосно жили. Отец работал на заводе, а мама дома по хозяйству, у нас было четверо детей.
А жили мы на Вокзальной улице у поворота на магазин, вот тут отцовский дом стоял маленький. Окна нашего дома выходили на Коллективную улицу. А после войны отец построил другой дом. Картошку сажали, в общем, голодные не были. Войну мы сначала и не почувствовали, а вот ближе к августу мы ушли в лес, потому что немцы стали бомбить Тосно. А вот перед тем, как им прийти, недели за две, разбомбили переезд и дорогу, где сейчас музей. Воронка была большая во всю дорогу, и на железной дороге тоже была большая воронка. Самолеты бомбили и днем и ночью, и от этого много людей погибло. Знакомых людей. Я помню в бункере погибло 16 человек. Бункер был такой большой по Коллективной улице около железной дороги, и туда попала бомба.

5
Леонид Михайлович Планин до армии 1950 г, город Тосно

Что такое бункер : вырыли лопатами яму, и туда прятались от бомб. Ну, мы к этому уже привыкли: смотришь – летит самолет, потом смотришь — бомбы посыпались. И мы были уже готовы. Видел, как наши бомбили, вот как раз красную школу и разбомбили.
Помню, что пролетел самолет, а немцы чего-то не стреляют по нему.
А он не так высоко и летел, развернулся и сбросил две бомбы. Одна попала в школу, а  вторая через речку в ту сторону. У немцев в школе был лазарет, мы слышали, как раненые падали и кричали.  Плохо жили, мало хорошего было. В основном ели одну картошку, посадишь и ешь.
Народу много уехало из Тосно. Нет, пока были наши, никто не уезжал, не успели  вывезти. Помню, как стадо коров гнали через Тосно на Москву, вроде
А войск наших мы почти и не видели. Было немного солдат перед Тосно, где кладбище.  Солдаты в окопах так и остались сидеть. Их там всех немцы расстреляли.
Может быть, за день- за два, до того дня, как немцы в Тосно вошли, пригнали сюда наших солдат. Они вырыли окопы и стали обороняться, а их немцы убили. Конечно, у немцев автоматы, а у нас винтовочка старые и все.  Перед тем, как они заняли Тосно ,28 или 29 сентября, мы ушли за неделю до этого в лес.
Бомбили же. Каждую ночь и день бомбили Тосно, и мы ушли ,наверное, полгорода , было в лесу. А когда город заняли немцы, мы вернулись, но они нас не тронули.
Помню первую встречу с немцами. Вышли из леса. По железной дороге идем из Ушаков,  вот примерно там, где мост стоит. Выходим, а они по железной дороге на дрезине едут. Они нам кричат: «Ком, ком, русь!» Ну вышли мы, посмотрели – а у нас в корзинах грибы, больше ничего.
Жить немцы у нас в доме не жили. Была коробка карандашей, кто-то нам принес. Немцы  откуда -то принесли. Я маленький был, мне было лет 12 . Нас четверо детей в семье было. Плохо жили. С едой было туго. Отец с нами жил. Он работал где-то на строительстве дороги. На Строение дорогу делали, и я ходил пилить лес между Саблино и Тосно. Пилил ручной или циркулярной пилой. Буханку хлеба давали за это в неделю. Нас заставляли всех работать.  Помню, в один прекрасный момент в одно какое то место собирают и везут к лесу на
машинах. Ничего кушать не давали. На неделю дадут буханку хлеба и все. Утром рано увозят. Ну а потом приспособились, тут в городе бойни были, пекарни были.
Так на бойню сходишь: кишки собираешь. А ребята туда все голодные собираются; в драку за кишки кидаются. Коров немцы конфисковали у народа и резали, а потом колбасу себе делали. А другая бойня была на Летной улице.

6
Служба в Таллине 1951 год Леонид Михайлович , крайний справа

В основном, подростки ничего не делали, гуляли. Чем можно заниматься? Потом через год или
два открыли школу на Октябрьской улице. Школа была в двухэтажном здании. Я ходил несколько недель туда. Но бомбежка были почти каждый день, как начнут бомбить, так убегают все, а наши каждый день бомбили.
А пленных наших было много. У Красной школы был до войны детский сад, и сейчас стоит это здание одноэтажное, там немцы разместили пленных. Человек 30 -40 .
Их работать куда-то гоняли, где надо выполнять какую – то трудную работу, туда их и везут. Немцы их строго охраняли, чтобы не сбежали. Мы их не кормили- самим ничего было есть. Конечно, пленные умирали с голода. Но где их хоронили, не могу сказать.
Я помню, мне зуб лечил немец один. Да, заболел у меня зуб. И вытащил немец мне этот зуб.
А еще виселицы помню. Как раз на Советской улице они были, где сейчас почта, тут стоял двухэтажный дом деревянный. Береза была с крепкими ветками — вот там и вешали. По одному вешали. Не видел, как казнили ,только уже повешенных видел  Расстреливали на лесозаводе человек восемь, за что не помню.
Да расстреляли еще на Октябрьской улице пацанов. Как это было?
Немцам посылали посылки, а наши что придумали: дорога там шла из бревен, она трещала, немцы, видимо, останавливались и начинали ее ремонтировать. Пока немцы дорогу ремонтируют, ребята в кузов заберутся и посылки оттуда выбрасывают. Вот их так поймали, троих сразу расстреляли. Им по 15- 16 лет было, тем пацанам.
Помню ,бомбили станцию и подожгли на станции вагоны. А вагоны те были со снарядами, которые немцы привезли. Наши бомбы попали в эти вагоны со снарядами. Все загорелось, состав повезли подальше от моста, ближе к Ушакам. И как взрыв — так вагона нет, как взрыв — так вагона нет. Разлетались очень быстро. Три вагона горели — все разлетелись. А вот потом наших военнопленных заставили эти остатки собирать. Много солдат тогда наших подорвалось. Разбросало эти снаряды кругом. Какие взорвались, какие нет, и вот те, которые еще не взорвались, нужно было собрать.
Помню, как мы питались очистками, и лепешками, и крапиву ели.
Немцы жили у нас, хотя домик у нас был маленький. Немец жил в комнате, а мы в коридоре жили, это было летом. А зимой он уезжал он, и мы в дом перебирались. Некоторые немцы хорошие были. А некоторые плохие, по — разному.
Ну, например, в Тосно прибывает поезд — немцев на фронт привозят. А мы стоим с санками, чтобы отвезти чемодан немцу. Довезешь ему вещи до дома, где он будет жить, он хлеба дает , или чем -то может угостить. А может ничего не дать, и такое бывало. Каждый день приезжали. Поезд каждый день приходил, ну, наверное, распределительный пункт в Тосно находился, а потом их уже на фронт распределяли. Вот мы и стояли с санками каждый день, зарабатывали.
А вывозить из Тосно нас стали в 1943 году. Два года мы тут прожили с немцами, и бомбили нас , и стреляли нас, и снаряды над нами летали. Ко всему мы уже привыкли. И тут вдруг подогнали вагон и увезли, в сентябре увезли.
Привезли сначала в Псковскую область, в Остров. Там мы жили в бараке семьями, там мы опять строили дорогу. В лагере том было , наверное, человек 100. Барак был полный, взрослые работали, да и подростки без дела не сидели. Я там на кухне повару помогал. Дрова пилил, чтобы обед готовить. За эту работу объедки давали поесть. Мы там с семьей были. Самый маленький был наш Юрка, он с 1938 года рождения. Но все выжили.
Где- то через полгода нас в Латвию увезли. Тоже там что — то делали, не помню уже что, работали тоже. Привезли в Ригу хотели посадить нас на корабль, но почему — то передумали , посадили в вагон и повезли в Германию. А ведь привезли уже к самому кораблю, но всю ту ночь наши бомбили. А наутро нас закрыли в вагоны и повезли в Германию.
Когда привезли в Германию, то пришли нас хозяева выбирать. Нас один забрал к себе в деревню, посадил на трактор и куда — то повез, как назывался тот город , я забыл.
У него там хлев большой был и комнаты для рабочих, и с питанием было нормально.
Кормил хорошо нас. Мы приехали, думали, что нас сразу на уборку картошки пошлют.

13
Железнодорожная школа ( гостиница «Север») 1940 г. Класс двоюродного брата Карасева Юрия Кондаков Л.Н. (Второй слева в верхнем ряду)

Мы как с поля идем, то обязательно по ведру картошки себе соберем, и набрали так пять мешков картошки, думали, что голодать будем. Это , когда мы жили у Большого баура, а потом за нами другой приехал, мы к нему уехали работать, и вся картошка осталась там.
Мы за лошадями ухаживали, навоз вывозили, молоко выносили. Нас не обижали, наоборот часто угощали. Немка, например, напечет пирожков и меня угощает вместе с своими детьми.  У этого немца работала только наша семья, больше никого не было, и хозяин с хозяйкой. У хозяина сын был, у него была рука оторвана. Так что мы работали в основном, а у хозяина 11 коров, 3 лошади, 3 поросенка, куры, гуси. Чего только не было, и всех надо накормить. Мы попали как раз осенью, урожай снимать надо. Картошку варят, поросятам , курам с чем -то с зерном мешают. И скотину кормили и нас хорошо кормили. Я в Германии пахал на лошади. Зима — то там не как у нас зима, почти до Нового года пашешь. Жили — то они намного лучше нас. И сравнивать нечего. У них уже тогда все механизировано было. Вот у хозяина 11 коров, чтобы скотине корм приготовить, у него все механизировано, тебе надо только бросай туда и все. Вода так же. И молотить хлеб тоже можно было механически, все было механизировано. У нас в совхозах такого не было в советское время.
Условия жилищные тоже хорошие были. Но в хозяйский дом мы не заходили. Мы могли зайти только на кухню, там стол большой стоял. А с двух сторон от кухни комнаты были. Туда нас не звали.  Они нас хотели увезти в Западную Германию, уже посадили в телеги, и все поехали. А через два дня наши догнали и нас освободили.

Первые шли солдаты такие, что и своих расстреляют и глазом не моргнут. Солдаты советские, они поддавшие все были, там спирту кругом у немцев было столько,
что … А расстрелять могли просто, за то, что ты в плену был. Мы едем, а наши танки идут навстречу. И немцы тут же разбежались.
Мы тогда стали самостоятельно продвигаться к своим. Потом нашли лошадь, телегу и в Россию по Германии поехали. Доедем до какого – нибудь места, переночуем. А один раз пока ночевали, наша лошадь сгорела. Солдаты выпили, гуляли и сожгли лошадь нашу. Но потом они нам нашли лошадку похуже, и мы опять поехали. Но потом в какое- то место доехали в Польше, и лошадку пришлось отдать. И папу взяли в армию в феврале месяце. Вот семью освободили, а отца забрали через два дня. И мама с нами тремя осталась.

Ну, вот потом по Польше поехали, отдали мы им лошадь, телегу. А ехали не только мы, много людей двигалось в сторону России. Некоторые ехали с огромными возами, вещи везли чемоданами. У нас ничего не отнимали. Просто так получилось, что мы ехали пустые, ничего не брали. Мама только кричала: «Ничего не бери, не бери!»
Потом нас привезли в Польше в какой-то город, а там сбор русских. Всех собирают и
отправляют в Ленинградскую область. Приехал сегодня, а завтра собирают состав и отправляют к месту жительства.
Ехали мы два или три дня до Ленинграда. Приехали — наш дом стоит. Ну, в нем жила какая – то женщина с двумя детьми. Она видит, что хозяева приехали, и на следующей день собралась и куда- то ушла.
Мама устроилась на работу только в 1946-1947 году. А так на травах жили, , что сами сажали. Так и жили.

Мы надеемся, что Вам понравился рассказ. Помогите нам узнать больше и рассказать Вам. Это можно сделать здесь

Нас поддерживают

ЛООО СП «Центр женских инициатив»
Ленинградская область, г. Тосно, ул. Боярова, д. 16а
Телефон/факс: +7-813-61-3-23-05
Email: wic06@narod.ru

Добавить свою историю

Хотите стать частью проекта и поделиться семейными историями и воспоминаниями о войне и военных годах?

Прислать историю