< Все воспоминания

Любова (Кузнецова) Елена Алексеевна

Заставка для - Любова (Кузнецова) Елена Алексеевна

Я очень хорошо свой садик помню. Помню двухэтажное деревянное здание. Там не хватало техничек, а я самой рослой была из группы. И поэтому старалась помогать воспитателям. Разумеется, какие-то качества у меня были: я любила помыть посуду, помыть пол. А мне было тогда всего 5-6 лет, и я это делала с удовольствием.
Мне за это давали кусочек хлеба, горбушечку, чуть побольше и дополнительно каши за то, что я помогала. Таким образом, с 6 лет я начала уже работать.

 

Никто из нас не вечен. И ветеранов с каждым годом становится меньше и меньше. Помогите  нам  СОХРАНИТЬ  истории   жизни  и донести их детям.

Помочь можно здесь.

Я, Любова Елена Алексеевна, девичья фамилия Кузнецова. Родилась я в Новомосковске, это бывший  город  Сталиногорск  в семье рабочих. Сначала   этот город относился  к  Московской  области, а потом  стал относиться к  Тульской области. Он находится  в  50- ти километрах от Тулы  и 200 километрах от Москвы. Мои  отец и мама окончили Высшую партийную школу, там они и познакомились друг с другом. Они были настоящими коммунистами, очень честными и добросовестными  людьми. Мама работала в отделе кадров на Новомосковском химическом предприятии. Отца моего звали Алексей Ефимович Кузнецов, он   работал сначала мастером, а потом, когда   начался   культ личности, ему пришлось перейти в рабочие, он работал слесарем 6-ого разряда высшей категории. Родом  отец из средней полосы России,  он родился в деревне, которая  расположилась на границе  Ивановской и  Ярославской  областей.  Он был настоящий русский богатырь: высокого роста, с голубыми глазами, прямым носом и  косая сажень в плечах.

1927. г. Новомосковск Тульской (Сталиногорск). Анна Михайловна Никифорова – мать Елены Алексеевны

Отец его Ефим,  мой дед, принимал участие в революционной стачке ткачей  в Орехово-Зуево. Таким образом, папа с детства впитал в  себя эту любовь к справедливости. Потом после этой стачки  дед попал в черные списки,   и  его сослали на свалку леса.  Там  он  и погиб:   на него упало бревно и  задавило – произошел несчастный  случай. Мой папа родился в 1905 году, и в тот момент был еще маленьким. Это  произошло еще до революции в царской России, лет пять ему  тогда было, когда  революционные движения  начались среди рабочих, произошла первая русская революция. А мать его  укусила змея, когда они были в деревне Ширяйко на границе Владимирской и Ярославской областей. Была у него и сестра  Зоя,  которая была на 4 года младше его, ее  уже нет в живых. Ему было восемь лет,  когда он остался без родителей.После этого его воспитывал дядя. Отец, как и Ломоносов,  в 16 лет пришел в Москву учиться в текстильном  институте. Но его ему  закончить не удалось, мне неизвестно, по каким причинам. Знаю только, что он был ярым коммунистом. Мама в этом отношении тоже была активисткой. Оба они приехали на строительство Ново-Московского комбината и  жили в землянках. Тогда Орджоникидзе был министром тяжелой промышленности. Он приехал в Сталиногорск и сказал, что здесь будет город заложен. Вот и началось строительство.  Это было большое предприятие, на котором работало около 10000 рабочих.

lyubova
1957. Е.А. Любова (Кузнецова) после целины в Павлодарской области. На груди – знак за освоение целинных земель

Когда началась война, отец ушел на фронт, ему было 36 лет. Отец был в армии командиром саперной службы. Немец рвался к Москве и подходил очень близко. Стоял в  50 километрах  от Тулы. Нашей семье  пришлось эвакуироваться. Я тогда  ходила  в детский  сад. Помню, как мы провожали солдат на фронт, потому что по центру города  проходила  железная дорога, и на фронт отправлялись  бойцы. Помню очень хорошо,  как они еще пели: «Есть на севере хороший городок». Эта песня часто звучала,  а мы висли на изгороди  детского сада  и все время приветствовали   уходивших   на фронт. Но самое  страшное, что я запомнила, эти воздушные тревоги, как нас вели в бомбоубежище. Помню  заградительные сооружения от танков. Мама работала на заводе, отца уже не было. Как мне не хотелось оставаться в детском саду!  Мне не было еще трех лет, но эти воспоминания войны — они на всю жизнь сохранились. Помню, что  окна были  постоянно занавешены, в комнатах  поставлены коптилки, потому что света не было. Это как раз, когда началась война, когда немец уже подходил  к Москве.  Он действительно был в Новомосковске,  поэтому  нам пришлось уехать, потому что мама  и папа были партийными,  а партийных всех расстреливали. Я училась с мальчиком Брейкиным,  так его отца повесили около Дворцы культуры. Я  училась с теми, у кого погибли родители. Нас  в семье было двое детей: сестра Галина и я. Эвакуировались мы в Пермскую область,  в город Березники. Есть там такой город, где  было химическое предприятие.

Алексей Ефимович Кузнецов 1905-1977 гг. отец
Алексей Ефимович Кузнецов-отец Елены Алексеевны

Помню, как мы ехали в  товарных вагонах. Мне было три года, я помню все, буквально, это были телячьи вагоны, там были настилы, которые   были  битком забиты  беженцами,  люди  бежали   от немцев точно так  же, как  и мы. Мама  в дороге родила  третьего ребенка. В поезде родила, именно в вагоне. Естественно, никаких медсестер не было, все женщины которые там были, помогли маме  рожать. Причем,  помню, что одна женщина  там с нами была очень сварливая и очень жадная. У нее были продукты,   но она ни с кем ими  не делилась и вечно была чем-то недовольна. Мы добирались до Березняков очень долго, потому что стоянки были длинные. На этих стоянках  приносили нам  местные в ведрах щи и кашу, потому что ехали в основном только женщины с детьми. Нас спускали вниз, особенно когда подъезжали ближе к Уралу, нас выпустили, чтобы мы подышали свежим воздухом. Однажды во время остановки я даже видела зайца, самый настоящий заяц пробежал по лесу.

IMG
Семейная фотография. Мать –Анна Михайловна, отец – Александр Ефимович , Слева –сестра Галина, в центре – Елена Алексеевна, на коленях – брат Вячеслав 1950 год. Новомосковск

Когда мы приехали в Березняки, мы жили в бараках, ту комнату, в которой мы жили, очень хорошо помню. Помню, как у мамы выпадали зубы. Потому что все время недоедание было. Мне этот момент запомнился, потому что при мне эти зубы выпадали, сколько мне было? Года 4-5, а я запомнила. Она что-то кушала, а потом  смотрит- у нее зуб выпал. Она варила нам каши, это понятно. Не хватало витаминов, не хватало нормального питания, а у нее трое детей . В военное время трое детей очень сложно было  прокормить.  Там был совместный детсад и ясли, и мы все находились вместе. Я  очень любила  этого маленького братика Игоря, я около него все время была ,  нянчила его. Вспоминаю, как  рано  утром вставали, шли по темноте в садик, а когда мама нас забирала из детсада, тоже было темно. Мы  недолго  были в Березняках, как только выгнали немцев из Москвы и пригорода, то мы сразу же вернулись домой.

lyubova-i-sestra
1939. Детская фотография Е.А. Любовой (Кузнецовой) в возрасте 1-года. Вместе с сестрой Галиной.

В 1943 году  отец был ранен, лежал в госпитале и  приехал на несколько дней домой. В 1943 году мне было уже 6 лет. В тот приезд он похоронил  маленького сына Игоря.  Он умер,   потому что был страшный голод, и он заболел.  Мама работала и отдала его в больницу, а больнице, разумеется, кто будет в такое время следить.    Ему два года, наверно, было. И вы, знаете, очень хорошо его помню, как  я с ним играла.  Помню, как  мама сидела  на стуле у стола, а на нем —  гробик.  Игорь в синеньких носочках  лежит, тут цветы около головки. Я  тоже сижу рядом, а мама сидит и плачет  — вот это мне запомнилось. Отец похоронил  сына и опять ушел на фронт. А еще я помню, что  ему выдали кусочек сыра. Я открыла шкафчик, смотрю на сыр,  и так мне хотелось этот сыр  съесть, но мама сказала: «Это папе. Он едет на фронт». И мы это прекрасно все понимали. Нас двое осталось, отец уехал,  а  вернулся он  в 1945 году, но уже на костылях. Он же был сапером и очищал минные поля. Они же, разумеется, ходили по этим заминированным  местам, и, когда мина взорвалась, его накрыло землей. Хорошо, что рядом были товарищи, которые спасли его. У него были прострелены две ноги насквозь.  Я видела эти раны, и сильная контузия головы, потому что на него же  огромная  масса  земли  свалилась.  Потом она дала о себе знать в старости:  у него  было  расстройство нервной системы. А он везде выступал: коммунист, значит, он должен нести добро, быть  всегда честным. Они в партию так верили!

Август сентябрь 1958 г. Какчетавская область
Елена Алексеевна (вторая справа) Любова с подругами ( Зайцева В., Шарова Н., Серегина Л., Расщупкина Т.) 1958 год . Целина. ст. Джемантуз, Кокчетавской области

Я сейчас, когда вспоминаю, думаю, если бы они сейчас видели нашу жизнь!? Хотя коммунисты и отделили религию от государства, но ведь они эти же десять заповедей использовали в кодексе строителя коммунизма. Хотя церковь была отделена от нашего государства, но, тем не менее, они оба были крещёные, тогда  в детстве  всех ведь крестили, но нас родители  не  крестили – коммунисты были истинные. Я уже взрослая была, когда сама пришла к тому, что нужно быть  крещеной. Я очень хорошо  свой  садик помню. Помню двухэтажное деревянное здание. Там не хватало техничек,  а я самой рослой была из группы. И поэтому старалась помогать воспитателям.  Разумеется, какие-то качества  у меня были: я любила помыть посуду, помыть пол. А  мне было   тогда всего 5-6 лет, и я это делала с удовольствием. Мне  за это  давали кусочек хлеба, горбушечку, чуть побольше и дополнительно каши за то, что я помогала. Таким образом, с 6 лет я начала уже работать. Мне дали возможность такую: всех детей укладывали спать, а я радовалась, что я в это время мою посуду  или полы. Группы  в саду были человек по  20, внимание к нам было разное.

Одну воспитательницу я не любила, потому что нас наголо стригли, чтобы насекомых не было. А у нее   привычка такая была: она  любила  дергать за волосы, даже  за  совсем  маленькие. Но были и любимые воспитатели, которые были  очень внимательными, очень хорошими.  Запомнились мне  уроки рисования в школе, потом у меня на всю жизнь осталась любовь к рисованию. Отец всегда  во мне  поощрял  этот интерес. Я уже училась в школе, бумаги не было,  так мы на краях газеты рисовали. Когда отец был на фронте, мы нарисуем  ему в письме: танк, самолет, «Победа! Ура!»

Еще вспоминаю песню  тех лет:

«Синее море, красный пароход,

Мы сядем, поедем на Дальний Восток,

На Дальнем Востоке солдаты стоят,

Солдаты идут на фронт воевать.

Мама будет плакать, слезки проливать,

А папа поедет на фронт воевать».

Это  старая песня. Её пели, когда началась война с Японией, эта песня 1945 года!

У нас были интересные  праздники. Я помню, была на них  и снежной бабой, и снежинкой. Нас обязательно украшали, одевали. Всегда какие-то небольшие подарки были.

v-m-nikiforov-pogiyu-propal-bez-vesti-1941-1945-gg
1945. Вячеслав Михайлович Никифоров – брат матери. Пропал без вести.
IMG_0003
1944-1945 г.. С-Петербург. Лев Валентинович Любов — муж Елены Алексеевны Любовой (Кузнецовой)

Послевоенное время – это время голодное, во всех отношениях неуютное, такое голодное время. Постоянно хотелось есть, жили только на травах: лебеда, крапива. Супы варили из них, картошку выращивали,  а  хранить было негде, так выкапывали ямы прямо около дома. Мама хорошо работала, и ей дали комнату в коммунальной квартире.  Рядом с домой, через дорогу,  мы выкопали яму, где хранили  картошку. И никто не воровал. Помню февраль, уже нечего было есть вообще, морозы страшные были. Папа долбил эту яму, выкапывал  картошку, и то, что он смог выкопать, мы хранили под кроватью. Помню, большую кастрюлю наварили этой картошки, и наша семья всю картошку  съела за один раз. А там всякая была: и мелочь, и крупная. Один раз на улице нашла свёклу. Я  даже не посмотрела, что она были грязная, и съела ее с таким удовольствием!

55689649
1974. пос. Шварц. Тульская обл. Масленица на снегу.

Это было  уже  послевоенное время, тогда карточная система была. Очереди за хлебом вспоминаются. Я  вставала в 5 часов и шла занимать очередь.  А однажды я  хлебные  карточки потеряла, это было очень тяжело для всей нашей семьи, особенно для родителей, потому что все, что можно было есть, они отдавали  детям. Чтобы как-то выжить, мы  травы, ягоды ходили собирать. Ходили только группами,  нам не разрешали ходить одним, потому что было много нехороших людей  среди населения в Новомосковске. Они и сейчас, конечно, есть, такие мужчины, которые охотятся за детьми и по-всякому издеваются над ними. Я  это не люблю вспоминать.

Мы надеемся, что Вам понравился рассказ. Помогите нам узнать больше и рассказать Вам. Это можно сделать здесь

Фото

Нас поддерживают

ЛООО СП «Центр женских инициатив»
Ленинградская область, г. Тосно, ул. Боярова, д. 16а
Телефон/факс: +7-813-61-3-23-05
Email: wic06@narod.ru

Добавить свою историю

Хотите стать частью проекта и поделиться семейными историями и воспоминаниями о войне и военных годах?

Прислать историю